::::: ОСЕННИЕ СКРИПКИ ::::: Пресса ::::: У Алисы Фрейндлих и Романа Виктюка — общая скрипка и поиски жестов небесного чувства. «Комсомольская правда».

• ОСЕННИЕ СКРИПКИ •

«Комсомольская правда» Санкт-Петербург, 12 февраля 1997

У Алисы Фрейндлих и Романа Виктюка -

общая скрипка и поиски жестов небесного чувства
     Режиссер Роман Виктюк и замечательная петербургская актриса Алиса Фрейндлих отправились в Святую землю, где покажут премьеру спектакля по пьесе Ильи Сургучева «Осенние скрипки».

     Пьеса, как и автор ее, давно забыты. В 1915 году Немирович-Данченко жаловался Леониду Андрееву, что пьеску ему навязали, что это "водица с лимоном и сахаром", паниковал, что ставится на карту его театральное реноме. Тем не менее спектакль во МХАТе вышел крепкий, а главная женская роль принесла Ольге Леонардовне Книппер-Чеховой невиданный успех. Талант и обаяние актрисы преодолели даже слезливость мелодрамы.
     Виктюк наверняка, как и Мейерхольд, убежден, что в театре можно поставить все, даже телефонную книгу. У Виктюка она, нет сомнений, была бы про любовь. А уж с такой силой, как Фрейндлих, Виктюку ничего не страшно.
     Последние репетиции перед отъездом в Израиль проходили в родном театре Алисы Бруновны — БДТ имени Товстоногова. Накануне актриса сыграла последний спектакль в этом сезоне на своей сцене — «Коварство и любовь».
     ... Репетиции Виктюка — зрелище захватывающее. Он быстро думает, скрывая за легкой игривостью основательность работы мысли. Виктюк — артист и артистов любит. "Какая актриса! шепчет Виктюк, закрывая ладонью лицо и отворачиваясь. — Нет, я не могу, я уйду". И делает маленький круг по площадке. "Алисонька! Алисочка. Алисуня... Извини, что я пристаю".
     Репетирование с Фрейндлих — осторожное. Истинный ценитель и коллекционер, он обращается с ней, как с драгоценным хрупким произведением искусства.
     В ее работе — даже за столом, по тетрадочке с ролью — свежесть акварельной зарисовки. В перерыве, когда все расходились покурить, выпить кофе, она тихо усаживалась в уголок, забивала мундштук очередной сигареткой и проходила по тексту тщательно и углубленно. Казалось, она заполнена своим персонажем до краев и уже излучает легкое, светлое, заливающее все вокруг ощущение любви...
     А Виктюк объясняет ей, почему ее рука должна не сжимать спинку стула, а легко и беспомощно соскальзывать с нее, повисая безжизненно в воздухе. Он объясняет, на какую реплику это должно происходить и что за этим словом-движением стоит. Он ищет жесты любви. Актриса находит их.
     Нам же остается ждать марта, когда театр Виктюка, возвратившись из Земли обетованной, покажет премьеру в Петербурге, а затем в Москве.

М. Заболотная

love




	• ОСЕННИЕ СКРИПКИ • «Комсомольская правда» Санкт-Петербург, 12 февраля 1997 У Алисы Фрейндлих и Романа Виктюка - общая скрипка и поиски жестов небесного чувства Режиссер Роман Виктюк и замечательная петербургская актриса Алиса Фрейндлих отправились в Святую землю, где покажут премьеру спектакля по пьесе Ильи Сургучева «Осенние скрипки». Пьеса, как и автор ее, давно забыты. В 1915 году Немирович-Данченко жаловался Леониду Андрееву, что пьеску ему навязали, что это "водица с лимоном и сахаром", паниковал, что ставится на карту его театральное реноме. Тем не менее спектакль во МХАТе вышел крепкий, а главная женская роль принесла Ольге Леонардовне Книппер-Чеховой невиданный успех. Талант и обаяние актрисы преодолели даже слезливость мелодрамы. Виктюк наверняка, как и Мейерхольд, убежден, что в театре можно поставить все, даже телефонную книгу. У Виктюка она, нет сомнений, была бы про любовь. А уж с такой силой, как Фрейндлих, Виктюку ничего не страшно. Последние репетиции перед отъездом в Израиль проходили в родном театре Алисы Бруновны — БДТ имени Товстоногова. Накануне актриса сыграла последний спектакль в этом сезоне на своей сцене — «Коварство и любовь». ... Репетиции Виктюка — зрелище захватывающее. Он быстро думает, скрывая за легкой игривостью основательность работы мысли. Виктюк — артист и артистов любит. "Какая актриса! шепчет Виктюк, закрывая ладонью лицо и отворачиваясь. — Нет, я не могу, я уйду". И делает маленький круг по площадке. "Алисонька! Алисочка. Алисуня... Извини, что я пристаю". Репетирование с Фрейндлих — осторожное. Истинный ценитель и коллекционер, он обращается с ней, как с драгоценным хрупким произведением искусства. В ее работе — даже за столом, по тетрадочке с ролью — свежесть акварельной зарисовки. В перерыве, когда все расходились покурить, выпить кофе, она тихо усаживалась в уголок, забивала мундштук очередной сигареткой и проходила по тексту тщательно и углубленно. Казалось, она заполнена своим персонажем до краев и уже излучает легкое, светлое, заливающее все вокруг ощущение любви... А Виктюк объясняет ей, почему ее рука должна не сжимать спинку стула, а легко и беспомощно соскальзывать с нее, повисая безжизненно в воздухе. Он объясняет, на какую реплику это должно происходить и что за этим словом-движением стоит. Он ищет жесты любви. Актриса находит их. Нам же остается ждать марта, когда театр Виктюка, возвратившись из Земли обетованной, покажет премьеру в Петербурге, а затем в Москве. М. Заболотная

	love